Журнал VIPzone » Светская хроника » Елена Малиновская – «Найти кукловода»

Елена Малиновская – «Найти кукловода»

Иногда самое пустяковое задание оборачивается настоящим кошмаром. Особенно если на кон поставлена профессиональная репутация. Но разве могла я, Доминика Альмион, предположить, что благое желание помочь симпатичному незнакомцу избавиться от смертельного проклятия обернется такой лавиной проблем? В итоге я побывала в другом мире, ввязалась в расследование убийства и приняла участие в настоящем маскараде, где каждый участник является не тем, кем кажется на первый взгляд. Теперь самое главное — разгадать, за какой из масок скрывается могущественный кукловод, опутавший сетью своих интриг целый город!

Отрывок из книги:

Окна повозки заливало бесконечными потоками дождя. Я предоставила мужчинам честь расположиться спереди, сама заняла место за водителем, роль которого исполнял Элмер. Такой ракурс позволял мне незаметно наблюдать за Стефаном. Оранжевые отблески уличных фонарей, мимо которых мы проезжали, изредка выхватывали из мрака его сосредоточенное лицо, хмуро сдвинутые брови, четко очерчивали губы, и у меня захватывало дух каждый раз при воспоминаниях о том, какими мягкими и страстными они были.

Я тряхнула головой, отгоняя неподобающие мысли, и попыталась сосредоточиться на происходящем. Честно говоря, я не ожидала, что события примутся разворачиваться с такой пугающей быстротой. В этом деле оказалось слишком много секретов и подводных камней. Одно было непонятно — почему расследование так долго буксовало? Что скрывать, нерийский магический департамент на Хексе был своеобразной притчей во языцех. О высокой квалификации его служащих ходили настоящие легенды. Но нынешний опыт доказывал совсем иное. Стоит признать, убийцу Патрисии искали из рук вон плохо. Хотя бы комнату Оливии должны были обыскать надлежащим образом, аккуратно и не упуская из внимания ни единой мелочи, поскольку именно дочь Крагена являлась основной подозреваемой. Ан нет, и тут умудрились напортачить. Ни за что не поверю, что никто из дознавателей не догадался проверить гардероб. А между тем дневник лежал там практически на самом виду. Поневоле заподозришь саботаж. Словно кто-то очень не хотел, чтобы истина всплыла на поверхность, а потому вел расследование абы как. Но если все так и к убийству Патрисии действительно имеет отношение кто-нибудь из служащих магического департамента, тогда непонятно, почему дневник просто не выкрали. Неизвестный злоумышленник не был в курсе его существования и поэтому не усердствовал с обыском, не желая утруждать себя, так сказать, лишними телодвижениями? Логичное предположение. Но все же странно. По-моему, наоборот, истинный преступник должен был перевернуть все в комнате вверх дном, дабы убедиться, что Оливия не оставила никаких следов, способных вывести на него. Правда, это все равно не исключало того предположения, что дознаватель, ведущий дело, и убийца — разные люди, пусть и работающие в одном месте. Первого просто могли по-дружески попросить особо не усердствовать.

Слишком много домыслов и ни одного факта. Я печально вздохнула, признав, что пока блуждаю в потемках. Можно гадать о произошедшем сколько угодно, выдвигать самые невероятные версии убийства, но все это пустая работа.

Решив так, я принялась думать об Элмере. Почему-то личность моего нанимателя начинала меня тревожить все больше и больше. Я могла бы поклясться огнем, что он рассказал мне далеко не все. И, сдается, многое из того, что он предпочел оставить при себе, имело непосредственное отношение к убийству. Итак, разложим по полочкам, что именно меня настораживает в этом обаятельном блондине. Во-первых, дом, который якобы принадлежал Патрисии. Можно, конечно, предположить, что Элмер убрал с глаз долой все вещи, которые так или иначе напоминали ему о матери, а следовательно, и о горькой утрате. Но как насчет семейных фотографий? Ни за что не поверю, что у одинокой женщины, живущей вдали от единственного и горячо любимого сына, не было ни единого его снимка. И обычно такие вещи предпочитают хранить именно в гостиной, чтобы иметь возможность похвастаться перед гостями, какого красавца хозяйка вырастила совершенно самостоятельно.

Дальше. Из головы никак не шло определение, которое Стефан дал Элмеру. «Обаятельный лжец». Увы, я была абсолютно с ним согласна. Элмер действительно талантливый, красноречивый и привлекательный обманщик, который точно знает, какие слова сказать, чтобы заслужить доверие. Силу его таланта я сполна ощутила на себе в Зарге, когда поверила, будто передо мной находится несчастный домашний мальчик, по недоразумению перешедший дорогу не тем людям, а потому доживающий последние часы. Другой вопрос — когда и чем именно Элмер умудрился так насолить Стефану. Ведь если верить словам моего нанимателя, он встречался с избранником своей матери чрезвычайно редко, а Стефана так вообще видел всего пару раз. Неужели их жизненные пути пересеклись вне семьи? Вообще, логичное предположение. Понять бы еще, что может связывать служащего магического департамента и богатого бездельника, все свободное время тратящего на путешествия, развлечения и поиск редких книг. Лично мне в голову приходила лишь одна идея: контрабанда ценностей. Но будь так, со Стефаном никто не стал бы церемониться. Скорее он бы уже отбывал суровое, но справедливое наказание на иридиевых рудниках. И никакие деньги отца не сумели бы ему помочь.

В этот момент я почувствовала на себе взгляд Стефана. Тот посмотрел на меня через зеркало заднего вида и улыбнулся. Как и следовало ожидать, мои губы тут же разошлись в ответной улыбке. Правда, практически сразу я сурово сдвинула брови, разозлившись на себя за проявление слабости. Если говорить откровенно, все, о чем я думала раньше, — лишь мимолетные сложности перед ликом главной, самой серьезной проблемы, разрешить которую надлежало в кратчайшие сроки. Да что там, не будет преувеличением сказать, что я ненавидела и презирала себя за то, что вообще допустила ее возникновение. Естественно, речь о моем влечении к Стефану. Совершенно невероятное чувство, равного которому по силе я еще не испытывала в своей жизни. Любое его действие, любой жест или слово, обращенное ко мне, заставляли мое сердце биться во много раз чаще, а суставы словно превращались в горячий кисель. Какая там выдержка, какой здравый смысл! Наверное, со стороны я становилась похожей на слюнявого щенка, захлебывающегося от радости всякий раз, когда хозяин потреплет за ушком. И с этим надлежало что-либо сделать, причем исправить ситуацию надо было немедленно, пока все не зашло слишком далеко! Беда была еще и в том, что я прекрасно осознавала: мы со Стефаном не пара. Зачем богачу, проводящему дни в праздности и поиске наслаждений, девица с преступного Хекса, зубами и ногтями выгрызающая себе право на жизнь? Наши круги общения различны, я не обучена манерам, благо что хоть в носу не ковыряюсь и не сморкаюсь прилюдно. Конечно, новизна ощущений манит. Наверняка на фоне воспитанных особ Озерного Края, умеющих с изяществом ходить на высоких каблуках и с легкостью рассуждающих о сложных политических интригах четырех королевств и удивительных загадках истории, я кажусь диковинной жар-птицей. Меднокожая, медноволосая, с глазами, отливающими багрово-алым. Но когда пыл первой страсти схлынет (а он рано или поздно схлынет), мы останемся на исходных позициях. Но боюсь, что при этом я обнаружу неприятную прибавку ко множеству своих обычных бед — разбитое вдребезги сердце. Сиротам свойственно привязываться к людям, которые проявили к ним хоть толику участия. И, что скрывать очевидное, под моей напускной суровостью и отстраненностью скрывается маленькая перепуганная девочка, вдруг понявшая, что прежняя благополучная и сытая жизнь навсегда закончилась, и готовая вцепиться с объятиями в любого, кто соизволит забрать ее от чужих равнодушных людей домой.

Я устало потерла лоб. Решено. При первом же удобном случае я проведу ритуал остужения чувств. Благо что для него не нужно много времени и не требуются какие-либо особые ингредиенты или длительная подготовка. Эта влюбленность не нужна мне. Она лишь делает меня слабой. Пора вернуться обычной Доминике Альмион, чья тоска по душевному теплу прорывается лишь под воздействием спиртного и в дурно написанных стихах.

— Приехали, — между тем произнес Элмер и плавно потянул рычаг управления на себя. Повозка вздрогнула, мелко задрожала и остановилась.

Я прильнула к окну, силясь разглядеть хоть что-нибудь за струями дождя. Почему-то крыльцо многоэтажного здания из красного кирпича освещал лишь один тусклый фонарь, который был не в состоянии справиться с мраком ненастной ночи. Хотя во тьме угадывались и другие столбы. Настораживает. Даже в неблагополучном Зарге такие присутственные места, как банки, принято ярко освещать на случай всевозможных неприятностей.

— Подожди, — негромко окликнула я Элмера, уже взявшегося за дверную ручку. Тот, видимо, наученный печальным опытом недавних нападений, тут же послушно отдернул руку.

— Что случилось? — отрывисто спросил он, в свою очередь придирчиво изучая пустынный пятачок пространства около банка. — Чуешь неладное?

— Стефан, — вместо ответа позвала я нашего спутника, который, услышав наш обмен репликами, в свою очередь напряженно выпрямился. — Скажи, разве около банка всегда горит только один фонарь?

— Понятия не имею, — чистосердечно отозвался тот. — Видишь ли, прежде я никогда не бывал тут в столь неурочный час. Правда, чудно как-то, что охранника не видно. Обычно он всегда стоит около дверей и приветствует посетителей. Хотя, возможно, бедняга просто спрятался внутрь, озябнув. Погодка-то оставляет желать лучшего.

Я недоверчиво покачала головой. Ой, сомневаюсь. Обычно работникам банка, особенно отвечающим за безопасность, платят так хорошо, что они скорее предпочтут замерзнуть насмерть, чем покинуть свой пост. Ведь спрашивают с них соответственно получаемым деньгам. За соблюдением правил и должностных инструкций руководство следит ох как строго.

— А по-моему, я вижу охранника, — в этот момент проговорил Элмер и ткнул пальцем куда-то в сторону от крыльца. — Это не он там стоит?

Я изо всех сил напрягла зрение, силясь понять, о ком речь. Спустя несколько мгновений тьма немного посерела, и я поняла, что одна из теней, падающих от здания, имеет очертания человеческой фигуры. Этот кто-то стоял чуть в стороне от ступенек и почему-то совершенно не обращал внимания на дождь, наверняка уже вымокнув полностью. Хотя если бы он сделал несколько шагов вперед, то попал бы под защиту козырька.

По всей видимости, эту же странность заметили и мои товарищи. Они недоуменно переглянулись и опять вперили взоры во мрак, испещренный струями дождя.

— Что будет, если я создам световой шар? — поинтересовалась я у Элмера, уже ощущая знакомое покалывание пробуждающихся чар в кончиках пальцев.

— Рядом с банком? — Тот скептически хмыкнул. — Не стоит. Ты, безусловно, не нарушишь никаких законов Озерного Края, но стационарные охранные заклинания здания могут отреагировать на всплеск энергии. Вряд ли, конечно, они настроены на немедленное уничтожение — скорее, на захват и обезвреживание потенциальных преступников. Но поверь, мало приятного провести не меньше часа в образе безмолвной недвижимой статуи, дожидаясь, пока приедут служащие магического департамента, пока найдется нужный специалист по обезвреживанию чар… А потом объясняться полночи, если не больше. В общем, морока та еще.

— Мы так и будем сидеть здесь и бояться не пойми чего? — с неожиданной досадой перебил его Стефан. — Думаю, если бы на нас хотели напасть, то уже напали бы. Так что вы как хотите, а я пошел. Поговорю с охранником.

Мое сердце ухнуло в пятки от страха за его жизнь, но я лишь крепче сжала зубы, не позволяя себе выразить лишние эмоции. Да, все больше утверждаюсь в мысли, что без ритуала никак не обойтись. И чем быстрее я его совершу, тем будет лучше для всех.

Наверное, мне показалось, но Стефан все-таки чуть помедлил перед тем, как распахнуть дверцу. То ли набирался мужества, то ли ожидал, что его остановят от безрассудного шага. Однако и Элмер, и я молчали. Он — с искренним выражением интереса и даже некоего нетерпения на лице. А я… Я просто не могла себе позволить в очередной раз опозориться перед клиентом и выразить недопустимую личную заинтересованность одним из подозреваемых.

— Мы ждем, — наконец не удержался от злой иронии и поторопил замешкавшегося Стефана Элмер. Подумал немного и снисходительно добавил: — Не беспокойся, если что, я прикрою.

Стефан искоса глянул на него, что-то недовольно и неразборчиво буркнул, видимо, выражая свое мнение по поводу предполагаемой помощи, и вышел из повозки, напоследок не отказав себе в удовольствии хорошенько хлопнуть дверцей.

Я прикусила губу, удерживая себя от невольного вскрика и пожелания быть осторожным. Застыла, напряженным взглядом уткнувшись в его спину. Стефан, прекрасно понимая, что на него сейчас обращено внимание сразу нескольких человек, двигался нарочито неспешно, сводя меня с ума демонстративной медлительностью. Неполную минуту он просто стоял около повозки, зябко растирая ладони и словно получая настоящее удовольствие от дождя. Затем двинулся по направлению к загадочной фигуре, которая по-прежнему не покидала своего укрытия в тени здания.

— Пижон, — не удержался от краткого нелицеприятного определения Элмер. Глянул на меня через зеркальце заднего вида, собираясь добавить что-то еще, но в последний момент удержался, предпочтя сосредоточиться на наблюдении за нашим товарищем.

Секунды вынужденного бездействия словно стояли на месте, сводя меня с ума. Я сжимала и разжимала кулаки, глядя на то, как неотвратимо Стефан приближается к крыльцу банка.

А в следующее мгновение произошло то, чего я так страшилась. Ночь вдруг взбурлила тысячами жалящих стрел огня. Тьма окрасилась в ярко-алый цвет роящихся искр.

«Не в него, — отстраненно удивилась и одновременно обрадовалась я, заметив, как атакующее заклинание огибает замершего Стефана. — Они летят не в него».

Рядом страшно и коротко ругнулся Элмер. Дико взвыл подо мной демон, получив немалый удар чар подчинения. Повозка дернулась, подпрыгнула в воздухе — и осталась на месте, натруженно ревя ставшим вмиг бесполезным мотором.

Не знаю, каким образом Элмеру удалось выбраться наружу. Он словно предполагал нечто подобное, поскольку вдруг хлопнула дверца, а затем меня рывком выдернули в дождь, едва не вывихнув при этом плечо.

— В банк! — прорычал Элмер, хорошенько встряхнул меня, словно нашкодившего котенка, и самым непочтительным образом отправил прозаическим пинком в сторону крыльца.

Я и не думала возмущаться таким произволом. Чувство самосохранения визжало во весь голос, требуя повиноваться любым приказам. И я рванула в указанном направлении, не смея обернуться и проверить, что происходит за спиной.

А там, по всей видимости, творились действительно необычные и пугающие вещи. Вой разъяренного демона слышался все громче и громче, будто его уже не могли сдержать хлипкие стенки его временного обиталища. И неожиданно этот звук стал невыносимо высоким, поднявшись до вибрирующих частот. Я прижала руки к ушам, испугавшись, что оглохну. Стеклянная дверь банка вдруг лопнула, обдав меня миллиардами мельчайших сверкающих осколков. Неведомая сила больно толкнула в спину, и я влетела через порог банка за мгновение до того, как на здание упало блокирующее заклинание, предохраняющее от проникновения извне. Моментально стало очень тихо и темно.

* * *

— А все-таки согласись, это была гениальная задумка.

Я сидела на полу и хмуро разглядывала изрезанные при падении руки. Повезло, что осколки стекла были мелкими, — глубоких ран нет. Лишь множество кровоточащих царапин, будто я повстречалась с дикой разбушевавшейся кошкой. Но все равно приятного мало. Колени тоже болели, наверняка разбитые о каменный пол, но чтобы осмотреть их, пришлось бы снимать брюки, а я не собиралась доставлять такое удовольствие Элмеру.

— Нет, это же надо! — продолжал тот радоваться, подобно маленькому ребенку. — Всю жизнь мечтал увидеть, как же выглядят эти самые таинственные демоны самодвижущихся повозок. И вот, наконец-то исполнил свое желание. Стоит признать, теперь мне будет боязно пользоваться этим видом транспорта. Не думал, что демон обладает такой силой и мощью.

— Рассказывай! — потребовала я, закончив обозревать свои боевые ранения и убедившись, что ничто моей жизни не грозит. — Что ты сделал?

— Я выпустил на свободу демона. — При свете самодельного огненного шара было видно, как Элмер надулся от важности и засиял от удовольствия.

— Зачем? — полюбопытствовала я. Замялась на долю секунды, но все-таки дополнила вопрос: — И что со Стефаном?

— Понятия не имею, что с этим мошенником, — честно отозвался Элмер. — Надеюсь, что демон хорошенько его потрепал, а возможно, даже оторвал голову и сожрал. Хотя нет, пожалуй, последнее все-таки лишнее. Мне он нужен живым.

— Почему ты называешь Стефана мошенником? — спросила я. Морщась от боли, встала с пола и начала стряхивать из волос и одежды осколки стекла.

— Потому что он им и является, — лаконично ответил Элмер. — Привлекательным, хорошо воспитанным, обладающим чувством юмора мошенником. Как раз таким легче всего втираться в доверие к дамочкам, жаждущим любовных развлечений.

В последних словах Элмера мне почудился справедливый намек на меня, и я замерла, так и не опустив рук.

— Что это значит? — пожалуй, даже слишком резко произнесла я. — Получается, мы искали не убийцу твоей матери, а пытались прижать к стене Стефана?

— А ты так уверена, что это не одно и то же? — Элмер с иронией ухмыльнулся.

— Но… — Я растерялась, не сразу сообразив, как ответить на встречный вопрос. Стефан — убийца? Да нет, чушь какая-то! Я ведь видела его ауру, в ней нет и следа предполагаемого договора с исполнителем. После чего кашлянула и поспешила напомнить об этом обстоятельстве Элмеру: — А как тогда объяснить, что его аура чиста?

— По-моему, это очевидно. — Блондин всплеснул руками, словно удивленный моей недогадливостью. Заметил, что я продолжаю глядеть на него со все возрастающим недоумением, и все-таки снизошел до объяснений: — Доминика, нет и никогда не было никакого заказчика убийства. Есть преступный тандем из двух приятелей по учебе. Стефан, так называемое лицо группы. Красивый бездельник, постоянно нуждающийся в деньгах, впрочем, как и все его друзья. Думаешь, щедрость Крагена к сыну не ведает границ? О нет, как и любой человек, заработавший немалое состояние самостоятельно и тяжелым путем, отец семейства Райен очень хорошо знает цену деньгам. Конечно, он выделил своим отпрыскам хорошее содержание, дабы не быть обвиненным в скупости и жадности, но не собирался исполнять абсолютно все многочисленные капризы и удовлетворять постоянно растущие аппетиты великовозрастных детишек. А Стефан привык жить на очень широкую ногу. Ему нравится быть центром внимания, он обожает пускать пыль в глаза. Одна коллекция ценных книг чего стоит. Согласись, ведь приятно пригласить к себе на чашечку кофе заинтересовавшуюся твоим хобби даму, а затем, в тиши библиотеки, словно невзначай положить руку ей на плечо…

Последнюю фразу Элмер произнес с вкрадчивым придыханием, и я опустила голову, силясь спрятать за прядями волос выступивший румянец стыда и негодования. Обидно осознавать, что была лишь одной из многих в череде любовных побед какого-то там проходимца. Но одно непонятно: что за игру все это время вел Стефан?

— И кто же был второй в этой группе? — хрипло спросила я.

— А второй — рабочая лошадка. — Элмер в свою очередь поднялся с пола и неприятно хрустнул пальцами. — Хекстянин, неплохо знакомый с приемами смертельной магии. При всех своих неоспоримых достоинствах Стефан обладает и одним очень важным недостатком — он маг лишь первого уровня подчинения. Для осуществления его дерзких планов нужен был специалист намного более высокого класса. Грамотный дерзкий маг, не боящийся замарать руки в случае чего.

— Все маги высшего уровня обязаны состоять на государственном учете, — негромко напомнила я.

— Ой, да ладно! — Элмер презрительно хмыкнул. — Ты же прекрасно знаешь, что хекстяне из любого правила сумеют найти исключение. Или хочешь сказать, что сама являешься тайным агентом магического департамента и отправлена сюда на задание?

Я отвела взгляд. Увы, подобного я сказать не могла. Зато благодаря замечанию Элмера мои мысли начали работать в нужном направлении. И кусочки замысловатой головоломки начали сами вставать на законные места.

— Ну, предположим, — сухо проговорила я. — Итак, Стефан и его загадочный приятель организовали преступный тандем, как ты выразился. И чем же они занимались? Насколько понимаю, кражами предметов искусства. Так?

— Умничка, — похвалил меня Элмер. — Можешь ведь, когда захочешь. Да, Стефан втирался в доверие к хозяевам богатых домов. Впрочем, это не требовало от него особых усилий. Благодаря фамилии и связям отца, а также своей внешности он и без того был вхож в лучшие семейства Нерия. Не говорю уж о том, что из-за его репутации знатока истории и владельца собственной библиотеки редкостей многие считали за честь и удачу спросить у него профессионального совета о новых приобретениях или же просто похвастаться жемчужиной коллекции. Стефан никогда не отказывал в консультациях, сам при этом внимательно подмечая охранные заклинания и внутренний интерьер домов. К тому же ему были известны все привычки хозяев. Он знал, когда они собираются отбыть на отдых или же намерены прокутить всю ночь. И тогда на сцену выходил его товарищ. Он же потом помогал сбывать краденое в Зарге. Ты ведь в курсе, что на твоей родине не принято спрашивать историю вещи при покупке — этим можно смертельно оскорбить продавца.

— Хорошо, — медленно произнесла я. — Но при чем тут убийство твоей матери? Ах да, позволь вновь удивить тебя догадливостью: полагаю, на самом деле Патрисия не являлась ею. Верно?

— Совершенно точно. — Элмер кивнул, храня в уголках губ печальную улыбку. — Но это не значит, что я не переживал ее страшную и мучительную гибель. Переживал, да еще как! Патрисия действительно погибла от проклятия черной чумы. Она была моей напарницей и просто очень хорошим другом. Но как ты это поняла?

— Отсутствие каких-либо семейных снимков в доме. — Я с досадой цыкнула сквозь зубы. — На самом деле, эта деталь меня насторожила сразу по приезде. Надо было уже тогда отказаться от дела!

— Брось. — Элмер укоризненно покачал головой. — Ты хекстянка, а у вас всегда деньги на первом плане. Заметь, говорю это без злобы или намерения обидеть. Просто констатирую очевидный факт. Та немыслимая сумма, которую я пообещал тебе за помощь в расследовании, гарантировала мне то, что ты не сбежишь, почуяв неладное. Что бы ни случилось, ты бы все равно осталась, мечтая получить вторую часть обещанного гонорара.

Не буду скрывать, меня покоробили такие размышления Элмера о моей меркантильности. Но, по большому счету, он был прав, поэтому я не стала возражать. Сейчас решаются куда более важные вопросы, поэтому глупо затевать пустые споры.

— И чем же вы с Патрисией занимались в Микароне? — продолжила я. — Полагаю, речь идет о какой-нибудь жутко секретной операции магического департамента?

— У нас была великолепная легенда. — Элмер тяжело вздохнул. — На внедрение Патрисии в местное общество потребовалось два года. Все это время она исправно и очень талантливо играла роль несчастной женщины, вынужденной в одиночку воспитывать сына. Кстати, я не солгал тебе, когда сказал, что ей подарили книжный магазин. Это действительно так. Алисия Вайбах, его владелица, на самом деле прониклась жалостливой и слезливой историей жизни Патрисии. Но это нам было только на руку. Медленно, очень медленно, опасаясь спугнуть добычу, мы приближались к цели — Стефану. И та ссора на аукционе была затеяна намеренно. Очаровать Крагена вообще не стоило особого труда. Патрисия была грамотным специалистом и прекрасно знала, на каких нотках мужской психологии стоит сыграть.

— Не думала, что служащие магического департамента занимаются подобным, — пробурчала я. — Вроде бы продажная любовь и интимные знакомства для достижения собственных целей осуждаются обществом.

Настал черед Элмеру краснеть. Ему явно пришлось не по душе мое справедливое замечание, поэтому щеки окрасились ровным румянцем гнева.

— Вообще-то Патрисия сама увлеклась Крагеном, — обиженно проговорил он. — И потом, уж не тебе так надменно рассуждать о подобных вещах. Сама-то недолго сопротивлялась обаянию Стефана. Или хочешь сказать, между вами действительно ничего не было в том заброшенном доме, а подозрительные красные следы, которые до сих пор видны на твоей шее, — всего лишь расчесы от ногтей?

Что называется, уел. Я прикусила язык, растерявшись от напора собеседника.

— Ладно, — уже миролюбивей продолжил Элмер. — Так или иначе, но мы нашей цели достигли — вплотную подобрались к семейству Райен.

— Почему в таком случае вы не потрудились скрыть место, где ты работаешь? — полюбопытствовала я. — Не боялись, что Стефан насторожится, узнав о профессии своего новоиспеченного родственника?

— Нет, ты не понимаешь нашего расчета. — Элмер усмехнулся, позабавленный моей недогадливостью. — Напротив, мы полагали, что Стефан заинтересуется столь выгодным знакомством и рано или поздно постарается наладить контакт со мной. Очень полезно иметь друга в столь важной государственной организации. И особенное значение это приобретает тогда, когда занимаешься незаконными делами. Тем более Патрисия сделала все, чтобы представить меня в как можно более выгодном свете. Молодой человек, постоянно попадающий во всякие передряги и зачастую крайне нуждающийся в деньгах. Прямо мечта афериста.

— Понятно, — протянула я, напряженно прислушиваясь к тому, что творилось снаружи. Однако безрезультатно. Блокирующее заклинание плотной пеленой окутывало все здание, не пропуская внутрь ни звука. Интересно, что происходит на улице? И по какой причине вообще потребовалось прибегнуть к столь изощренному способу, чтобы проникнуть в банк?

— Не волнуйся, — угадал причину моего волнения Элмер и довольно потянулся. — Как я уже говорил перед тем, как закрутилась вся эта история, в субботний вечер будет крайне тяжело найти нужного специалиста, способного снять охранные чары. Так что не меньше часа в запасе у нас точно есть. Как раз хватит для того, чтобы проверить мою догадку.

— Догадку? — переспросила я. Тихонько ахнула от неожиданной мысли: — Так ты действительно действуешь на свой страх и риск?

— Ну… да, в общем-то, — недовольно признался Элмер после краткой заминки. — После гибели Патрисии руководство решило, что нас раскрыли. Поэтому операцию было решено свернуть, пока не пострадал еще кто-нибудь. Но больше всего меня разозлило то, что расследования как такового вообще не проводили! Видимо, кто-то наверху очень сильно испугался крупного нагоняя за смерть служащего. Если бы к тому же Стефан сбежал, почуяв неладное из-за активных действий департамента, то полетели бы головы. Поэтому начальство приказало мне отступить. Мол, сами справятся. Не получилось взять Стефана хитростью, значит, возьмут силой, как только он свяжется со своим сообщником. Но меня совершенно не устраивало подобное положение дел! Этот хитрый лис непременно бы выкрутился из самой искусной западни. Он за милю почует малейший подвох, раз уж раскусил игру Патрисии.

— Подожди! — взмолилась я, ощущая, как тону под тяжестью новой информации. Закрыла глаза и принялась массировать виски, желая унять пробуждающуюся головную боль. Затем негромко поинтересовалась: — А как же Оливия? Куда делась сестра Стефана, если дело обстоит именно так, как ты говоришь? И что насчет ее дневника?

— Дневник — наверняка подделка! — отмахнулся от моего вопроса Элмер. — Более чем уверен, что таким примитивным образом Стефан желал выманить нас из дома отца к месту нового нападения. Думаю, он понимает, что я не отступлюсь от намеченного и доведу до конца дело, из-за которого погибла моя коллега. Потому он и взялся так рьяно меня устранять. Вспомни момент нападения. Ведь атака прошла мимо него. Полагаю, после того как ты раскрыла ему мои планы, Стефан связался со своим сообщником, и они вместе приготовили новую западню. У него было достаточно времени, чтобы подкинуть дневник в комнату Оливии.

Я покачала головой. Ох, не разделяю я уверенности Элмера. Если все так, как он говорит, то дневник был написан заранее, поскольку впопыхах такую подделку не изготовишь. Но страницы выглядели достаточно потрепанными, записи различались по цвету чернил…

Видимо, и сам Элмер сообразил, что ляпнул что-то не то, потому как резко замолчал, нахмурившись.

— Но что насчет Оливии? — осторожно напомнила я первую часть своего вопроса, решив пока не озвучивать соображения по поводу дневника. Вряд ли они понравятся Элмеру. По-моему, он уже уверовал в виновность Стефана и любые аргументы против воспримет как непреложные свидетельства моей пристрастности.

— Да что ты привязалась к этой Оливии? — Как и следовало ожидать, Элмер разъярился от обычного, в сущности, вопроса. — Уверен, что ее исчезновению тоже найдется какое-нибудь объяснение. Возможно, она случайно стала свидетелем темных делишек братца, и тот ее устранил, испугавшись, что иначе неуправляемый подросток все разболтает.

Я мудро промолчала, хотя не верила, что Стефан способен на убийство сестры. Нет, по-моему, пристрастен в этой ситуации как раз Элмер.

— Хорошо, предположим, — согласилась я для видимости, чтобы не злить своего спутника пуще прежнего. — Но зачем тебе понадобилось врываться в банк?

— Думаю, что Стефан хранит здесь все награбленное, — тут же ответил Элмер, будто только и ждал этого вопроса. — Да, у меня мало доказательств его вины, о чем, кстати, частенько говорило и мое начальство. Но я еще покажу всем, что был прав! Наверняка в банковском хранилище нас ждет немало приятных сюрпризов.

И опять я удержалась от закономерного замечания. Итак, если резюмировать все вышесказанное, то получим, что Элмер по какой-то причине очень не любит Стефана и считает его виновником гибели Патрисии, а заодно лидером преступной группы, занимающейся кражей предметов искусства. Правда, доказательств этого у него нет. Более того, даже его начальство, по всей видимости, крайне скептически отнеслось к идее Элмера о том, что Стефан является гением криминального мира. По крайней мере, последнего не арестовали сразу же после гибели Патрисии. А должны были, имейся хоть малейшее подозрение в причастности Стефана к этому преступлению. В магическом департаменте очень болезненно относятся к убийствам своих сотрудников, за подобное принято мстить, и мстить жестоко, дабы остальным неповадно было, как говорится.

Но больше всего в сложившейся ситуации меня беспокоило то, что Стефан остался снаружи один на один с таинственным нападающим. Ошибка Элмера может стоить жизни невиновному человеку.

— А что ты вообще сделал, чтобы попасть в банк? — поинтересовалась я, вновь окидывая взглядом плотную пелену блокирующего заклинания.

— Выпустил демона из повозки и натравил его на нападавшего, — самодовольно проговорил Элмер. — Выброс энергии, который при этом произошел, заставил активироваться охранные заклинания банка. Оставалось лишь успеть прошмыгнуть внутрь. Теперь нам никто не помешает в тишине и одиночестве изучить коллекцию нашего приятеля. А со Стефаном и его дружком пусть теперь разбирается демон.

Сердце нестерпимо закололо от дурного предчувствия. Ох, лучше бы я не спрашивала! Теперь точно буду сходить с ума, гадая, жив Стефан или уже погиб в лапах огненного чудища, наконец-то вырвавшегося на свободу и жаждущего поквитаться за свой долгий плен.

— Пойдем. — Элмер милостиво не обратил внимания на болезненную гримасу, исказившую мое лицо при известии о незавидной участи Стефана. — Всего пара мгновений отделяет меня от столь долгожданного триумфа, Доминика! Хватит оттягивать удовольствие. Я хочу собственными глазами увидеть неопровержимые свидетельства виновности Стефана.

Я послушно склонила голову, показывая, что готова следовать за ним. Огненный шар плясал над нашими головами, указывая дорогу в темных извилистых коридорах пустого банка. Несколько раз путь нам преграждали надежные металлические двери, усиленные решетками, но Элмер прикладывал к ним руку, и преграды неизменно отъезжали в сторону, повинуясь действию загадочных чар. Ничего себе! Сдается, мой клиент действительно приготовился к штурму банка, заранее догадываясь, что наше расследование приведет именно сюда.

— Друзья из соседнего отдела помогли, — ответил на застывший в моих глазах вопрос Элмер, остановившись у последней двери. Стальная табличка, висящая над ней, гласила, что все содержимое этого хранилища является личной собственностью Стефана Райена.

Элмер глубоко вздохнул и задержал дыхание. Нервно потер ладони, набираясь решимости. Затем приложил их по обе стороны от замка. Неприятно полыхнуло ярко-алым светом, и дверь бесшумно спряталась в стене.

Первым в открывшееся помещение, повинуясь жесту Элмера, устремился огненный шар. С негромким шелестом он взмыл под потолок, безмятежно осветив абсолютно пустую комнату.

— Не может быть! — прошептал Элмер. Кровь так резко отлила от его лица, что я испугалась, не упадет ли он в обморок. На лице, вмиг осунувшемся от сильного потрясения, выделялись только почти черные от непомерно расширившихся зрачков глаза. — Не может быть, — повторил Элмер и изнеможенно осел на пол, соскользнув по стене, словно ноги отказались служить ему. Еще раз обвел потрясенным взглядом пустое хранилище и обиженно посмотрел на меня, с настоящим ужасом выдохнув: — Что мне теперь делать?

Я отвела взгляд. Нелегко присутствовать при крушении чужих надежд. Однако не скрою, в глубине души что-то радостно дрогнуло. Неужели Стефан все-таки невиновен? Или он был настолько предусмотрителен, что успел все свои вещи перевезти в другое место, догадываясь, что в любой момент может последовать обыск?

Опять вопросы!

Елена Малиновская – «Найти кукловода» [133,41 Kb] (cкачиваний: 10)

Похожие новости:

Дженнифер Пробст – «Брачная ловушка»

Дженнифер Пробст – «Брачная ловушка»
Чтобы исполнить волю покойного отца, любвеобильный миллионер Майкл Конте должен отыскать себе жену, причем такую, которую примет его придерживающаяся старых традиций семья. Он должен это сделать как можно скорее, чтобы его сестре позволили выйти замуж за любимого человека.

«Ежовые рукавицы» мамы

«Ежовые рукавицы» мамы
Так уж получилось, что живем мы вместе с родителями. Квартира большая, вроде бы асе помещаемся. Но периодически трения все же возникают - в основном, с мамой.

Вуди Аллен: «Деньги меня не изменили. Я и сейчас приятный человек»

Вуди Аллен: «Деньги меня не изменили. Я и сейчас приятный человек»
Несмотря на почтенный возраст, он является одним из самых плодовитых голливудских режиссеров, снимает по фильму в год. Правда, все чаще в старом свете. В интервью мэтр рассказывает, чем его привлекает Европа, где он находит идеи для своих работ и как уговорить звезд работать за очень скромный гонорар.

Под дождем

Под дождем
Я слушала этот бред всего-то пять минут, но мне уже казалось, что это никогда не закончится. Ну конечно - стоит задержаться на каникулах на лишние четыре дня, как тут же по возвращении оказываешься совершенно выпавшей из классной жизни.

Таинственное возвращение иконы

Таинственное возвращение иконы
Когда-то старинная икона, переходившая в нашем роду из поколения в поколение — от матери к дочери, казалась мне смешным пережитком прошлого. Но от нее зависело все мое будущее. И женское счастье, которое теперь и я могу передать по наследству…

Нехорошая квартира: как обрести счастье в новом доме

Нехорошая квартира: как обрести счастье в новом доме
С тех пор как мы заполучили квартиру своей мечты, со мной произошло много невероятных событий. Главное, я чувствую себя по-настоящему счастливой и защищенной, и дело тут вовсе не в квадратных метрах…


Популярные новости
«    Июль 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

TopVideo: два года с вами!

TopVideo: два года с вами!

В конце уходящего года команда TopVideo отметила свое двухлетие и в рамках празднования дня основания видеохостинга объявила конкурс -«Самое лучшее видеопоздравление».
Обложка >> Все статьи
«Окно в Париж»

«Окно в Париж»

«Окно в Париж» в своей душе наша героиня «прорубила» несколько лет назад.
Шохрух Саидов. Не представитель «золотой молодежи»

Шохрух Саидов. Не представитель «золотой молодежи»

Несмотря на молодость, этот человек уже сейчас узнаваем в обществе. Имея два высших образования - экономическое и юридическое, он «болеет» футболом и не боится один пуститься в преследование за кабаном. Гость VipZone- глава футбольного клуба «Истиклол» Шохрух Саидов.
«Сомон Эйр». Философия успеха

«Сомон Эйр». Философия успеха

Согласитесь, что любая наша поездка начинается с выбора авиакомпании. И многие наши соотечественники выбирают для безопасного полета компанию «Сомон Эйр», где на борту воздушного судна вы всегда можете почувствовать себя желанным гостем. О составляющих успеха ведущей авиакомпании страны размышляет ее генеральный директор г-н Ллойд Пакстон.
Логин
Пароль
Запомнить